Все духовные пути ведут к одной цели — научиться любить жизнь.

В жестокости есть сатанинский гнев,
Где доброте в душе так мало места.
Нервишки успокоить не сумев,
А светлым чувствам нет уже проезда.

Закрыт шлагбаум — благости земной
Когда в душе довлеет пламень злобы,
Где рок судьбы, наверное, виной…
Ты зло преодолеть в себе попробуй.

И свет добра развеет чары зла
В твоей душе с божественным укором,
Чтоб снова благодать к тебе пришла,
Где места не найдётся гневным ссорам!

Когда вам душу так натопчут сапогом
И вывернут её слегка, на дыбе,
Сначала мысли будут о другом,
Потом она цветком пробьётся в глыбе…

Даже аромат райских цветов не перебьёт зловоние гнилой души.

Не стоит уповать на Бога,
если душу Дьяволу продал,
это выбрана тобой дорога,
ты по сути жизнь отдал.

Не захотел с Богом диалога,
и душу ты свою предал,
оставив у Дьвольского порога,
когда жизнь свою ты упрекал.

Теперь тебя не мучает тревога,
ведь ты на душу наплевал,
она совсем осталась одинока,
а ты бездушным в этом мире стал

Чужая душа — потёмки. Смогут ли люди понять о том, что переживает поэт? Что он доносит до нас открывая своё сердце, свою душу. Иногда он стремится, чтобы его поняли, а иногда он оставляет загадку. Для того, чтобы понять строки его души, нужно почувствовать пульс — послание его сердца.
Ищите, и обрящете, толцыте, и отверзется.

Моя душа кровоточит, но я стерплю, переживу, и она заживёт, и снова будет улыбаться в ответ.

Душу действительно можно увидеть. Душа прорисовывается с годами на лицах людей. Вглядитесь в лица стариков. Каждая их морщинка, как страничка прожитой жизни.
Есть старики, которые вызывают жалость и сострадание, потому что на их лицах видна измучившаяся от страданий душа.
Есть такие, что вызывают чувство неприязни, потому что на их лицах нарисована искореженная от ненависти, злобы, обиды и досады душа.
А есть святящиеся старики. Их светлая душа делает их лица красивыми. И от этих людей идет тепло ко всем, кто рядом.
А есть еще и такие, кто и живет безнравственно, и гадости делает, но их лица тоже красивы. Казалось бы, как же так? А дело все в том, что они живут в гармонии с собой, их душа ровная и гладкая. Но такие души не могут светиться-это просто холодная красота.
Можно конечно душу разглядеть и на лицах молодых. Но она мудра-она еще прячется, в надежде измениться с годами…

Иногда со мной такое происходит
Будто радуюсь я вопреки
Что сознание моё на мысль наводит
Что улыбка — маска от тоски.

Вроде улыбаюсь и смеюсь со всеми
И вниманием мужским окружена
Почему же мне так плохо с ними
Почему не хочет петь душа.

Почему опять затянут сильно узел
Почему мне хочется бежать
Почему сейчас никто не нужен
Почему я снова начинаю ждать.
… показать весь текст …

* * *
О, человек! Твоя душа стремится к воле вечно.

* * *
Твоя душа — цыганский дождь…

Найти себя в развалинах чужой души невозможно, надо прежде думать, зачем вы её развалили.

***
Возможно, когда-то я тихонько открою двери в душу…

впущу свет и чувства…

впущу тебя…

Возможно, на мгновение…

возможно, надолго…

Останешься ли ты там… зависит не от меня,
а от той цели с какой ты пришел.
… показать весь текст …

Я попрошу обязательно свой портрет у этого человека, ведь он рисует абстракции, никто не нарисует лучше твою душу чем абстракционист

Оправдание загрязняет,
а раскаяние очищает.

Терзает нас опять печаль, у каждого свой почерк.
Хочу сбежать в неведанную даль от болевых всех точек.
И одиночество гнетет, и тишина пугает.
Душа покой не признаёт, все замечает и страдает.

Зачем метаешься опять, зачем людская глупость?
Кладутся строчки на тетрадь, а в сердцах многих скупость.
Капаются они в тебе, довольствуются собою.
Но если в вас все хорошо… Возрадуйся и одари любовью!

Не мучайте, пока не разобраться мне…
Как дальше жить, и в ком искать покоя…
Мне кажется, я нахожусь на дне,
Мне в пору укрываться льдом большого слоя.
… показать весь текст …

По мотивам стихотворения Emily Dickinson (1830−1886) «Hope is the thing with feathers».

Когда душа от горести томится,
Когда хочу на всём поставить крест,
Надежда, словно маленькая птица,
В моей душе садится на насест.

Она своим сладкоголосым пеньем
Несёт тепло и открывает свет.
Слегка взмахнёт пушистым опереньем —
И вот уже простыл печали след.

В лесной глуши или в дороге дальней
Она мне светит искоркой огня.
… показать весь текст …